- Гыыыыы, сына, LOL
среда, 14 февраля 2007
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
- Папа, папа, а правда говорят, что от ICQ, чатов и ЖЖ люди тупеют?
- Гыыыыы, сына, LOL
- Гыыыыы, сына, LOL
воскресенье, 11 февраля 2007
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
не по себе
когда все адреса внезапно становятся недоступны
пустые страни4ки internet explorer
пустые телефонные книжки
и остаётся только глотать слёзы пополам с алкоголем.
когда все адреса внезапно становятся недоступны
пустые страни4ки internet explorer
пустые телефонные книжки
и остаётся только глотать слёзы пополам с алкоголем.
четверг, 08 февраля 2007
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
а я счастлив
совершенно без повода
просто оттого что это всё у меня есть.
забытое ощущение.
и совершенно нестойкое.
как дешёвые духи.
совершенно без повода
просто оттого что это всё у меня есть.
забытое ощущение.
и совершенно нестойкое.
как дешёвые духи.
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
эгоизм
это когда безразлично кто любит тебя
а хочется любить самому.
это когда безразлично кто любит тебя
а хочется любить самому.
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
мы дожили до выхода седьмой серии третьего сезона LOSTa и теперь можем спать спокойно.
соседи о которых начинаем вспоминать ближе к ночи, перестают удивляться нашему беспокойному воображению, воспалённому эстетизму. тут равнодушие входит в воспитание, обязательную программу младших классов.
рядом со мной живёт двое русских, кажется, через две двери от меня.
только сложно представить как мы можем пересечься.
параллельные мирки. параллельные восприятия.
мне надо заниматься, а я который час сижу на сайте знакомств убеждая всех что на самом деле я никого не ищу.
это просто мой способ провождения времени. допинг. да.
Димочка, солнце моё, мне не простит.
особенно если я всё таки поеду на год в тот университет в великобритании.
или может быть, в австралию. говорят образование там на уровень выше европейского.
у меня такие честолюбивые планы, что я даже ничего не хочу загадывать.
а хельсинки, кажется, самая тёплая точка в финляндии.
и совершенно декабрьский снег падает в пустоту.
напоследок
немного Джонатана
фотки вчерашнего дня.
намбер ван
намбев ту
намбер три
намбер фо
намбер файв
соседи о которых начинаем вспоминать ближе к ночи, перестают удивляться нашему беспокойному воображению, воспалённому эстетизму. тут равнодушие входит в воспитание, обязательную программу младших классов.
рядом со мной живёт двое русских, кажется, через две двери от меня.
только сложно представить как мы можем пересечься.
параллельные мирки. параллельные восприятия.
мне надо заниматься, а я который час сижу на сайте знакомств убеждая всех что на самом деле я никого не ищу.
это просто мой способ провождения времени. допинг. да.
Димочка, солнце моё, мне не простит.
особенно если я всё таки поеду на год в тот университет в великобритании.
или может быть, в австралию. говорят образование там на уровень выше европейского.
у меня такие честолюбивые планы, что я даже ничего не хочу загадывать.
а хельсинки, кажется, самая тёплая точка в финляндии.
и совершенно декабрьский снег падает в пустоту.
напоследок
немного Джонатана
фотки вчерашнего дня.
намбер ван
намбев ту
намбер три
намбер фо
намбер файв
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
понедельник, 05 февраля 2007
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
прекрати
прекрати
прекрати
жалеть себя
это не считается
я теперь смотрю только русские фильмы
хотя в них наигранные хеппи энды.
так могло было бы быть
если бы мы жили в более правильном мире.
прекрати
прекрати
это не считается
я теперь смотрю только русские фильмы
хотя в них наигранные хеппи энды.
так могло было бы быть
если бы мы жили в более правильном мире.
спокойной ночи.
воскресенье, 04 февраля 2007
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
хрупкие запястья, анорексичные мальчики и девочки с выкрашенными в черный цвет волосами и пестрые платки вокруг шеи.
они курят тяжелые сигареты под акустические композиции Placebo и Sunrise Avenue в плеере
они не верят что если выстрелить - то пойдёт кровь
зато они верят Паланику.
амфетаминовое поколение
в учебниках биологии пишут наскольно сложно представлять собой жалкое совершенство.
синапсами и кончиками рецепторов впитываем отрицательную энергию.
за полчаса до любви, за полмнуты до жизни.
возбуждает откровенная агрессивность.
обмениваются мыслями/химическими импульсами
обмениваются детскими воспоминаниями, мyльтиками и песнями с пластинок.
завороженные/заторможенные
пробуют на вкус каждую букву своего вымышленного имени
под реквием моцарта из соседней комнаты
я не перестаю удивляться почему тут по выходным всегда самые депрессивные программы
я не перестаю удивляться почему мне нехватает так ничтожно мало, чтобы почувствовать себя живой.
you never know

они курят тяжелые сигареты под акустические композиции Placebo и Sunrise Avenue в плеере
они не верят что если выстрелить - то пойдёт кровь
зато они верят Паланику.
амфетаминовое поколение
в учебниках биологии пишут наскольно сложно представлять собой жалкое совершенство.
синапсами и кончиками рецепторов впитываем отрицательную энергию.
за полчаса до любви, за полмнуты до жизни.
возбуждает откровенная агрессивность.
обмениваются мыслями/химическими импульсами
обмениваются детскими воспоминаниями, мyльтиками и песнями с пластинок.
завороженные/заторможенные
пробуют на вкус каждую букву своего вымышленного имени
под реквием моцарта из соседней комнаты
я не перестаю удивляться почему тут по выходным всегда самые депрессивные программы
я не перестаю удивляться почему мне нехватает так ничтожно мало, чтобы почувствовать себя живой.
you never know

мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
а ведь у меня в детстве тоже были голубые глаза.
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
о4ень красиво и совсем-совсем не больно
я постараюсь забыть эти пронзительные осенние фразы.
а ты пожалуйста попробуй больше не вспоминать мои восторженные глаза
и я не буду приежать в питер, чтобы лишний раз удостовериться 4то у тебя это получилось.
мне нравится что я расстаюсь с тобой именно зимой.
так легче.
и холод действует как анастезия.
мысли как-то тянуче и не задедает в голове sucker love I always find,
someone to bruise and leave behind.
теперь можно будет не опасаться что эти шоколадные фантазии примут оттенок ответственности.
теперь можно
окна нараспашку
ласково и очень доверительно.
я ещё позвоню, если соскучусь.
в следующем году.

я постараюсь забыть эти пронзительные осенние фразы.
а ты пожалуйста попробуй больше не вспоминать мои восторженные глаза
и я не буду приежать в питер, чтобы лишний раз удостовериться 4то у тебя это получилось.
мне нравится что я расстаюсь с тобой именно зимой.
так легче.
и холод действует как анастезия.
мысли как-то тянуче и не задедает в голове sucker love I always find,
someone to bruise and leave behind.
теперь можно будет не опасаться что эти шоколадные фантазии примут оттенок ответственности.
теперь можно
окна нараспашку
ласково и очень доверительно.
я ещё позвоню, если соскучусь.
в следующем году.

суббота, 03 февраля 2007
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
Вздох-будто крест на чей-то точке зрения
Выдох-перевоплощение
Выдох-перевоплощение
мне нехватает
заспанных людей в утренних электричках
мармелада
рекламы Нескафе по ОРТ
писем, написанных от руки
человека, который звал бы меня по имени
непрочитанных книжек
холода, чтобы можно было кутаться в вязаные свитора
способности не сожалеть
белых лилий
антидепрессантов
денег на телефоне
времени без секундных стрелок
электризующей музыки
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)

мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
у меня неестественно позитивное настроение. ради всех тех, кто верит 4то я оптимистка. а их большинство, да.
иногда. приходит озарение. инновация сверху.
когда внезапно становится нестерпимо смешным, как долго ты могла обманывать себя. закрывать глаза. закрывать двери.
и уходить, по привы4ке не прощаясь, даже не устраивая скандалов.
наигранная безропотность, а в результате остаётся лишь пепел на губах. из всего 4то могло бы быть. возможно, не с нами.
возможно, в другой жизни. 4то не исклю4ает саму возможность.
а небо будет полнится тишиной и отзываться отдалённым звоном в ушах, когда все остальные звуки умрут под действием таблеток.
и страшно просыпаться, потому 4то неминуемо наступит момент когда поймёшь насколько жалок этот мирок из окурков и фантиков, насколько ненастоящий ты.
и всё повторяется. слова на сложенных в4етверо листо4ках бумаги, запрятанных в разные места, а когда внезапно натыкаешся на них возникает резкое желание порвать их и выбросить в камин.
но я оставляю. я складываю их стопо4кой минуты когда я была на самом низу, я коллекционирую боль, сохраняю на память эту неопубликованную жизнь.
мне хотелось бы нау4иться рисовать розы, а не только 4ёрно-белые полоски на полях.
у меня уже целая полка красок и кисто4ек, но не осталось желания.
дрожи от возбуждения, когда хо4ешь попробовать на4ать всё заново.
иногда приходить мысль 4то мы просто не имеем права думать о том, 4то произойдёт 4ерез эти гипотети4еские 700800 4асов.
может только тогда удастся подобрать нужные слова. достигнуть наивысшей то4ки самовыражения. как иногда но4ами сидя на холодном полу в ванной обняв коленки пытаешься кри4ать, но ни4его не полу4ется.
но мы и так гении. мы непризнанные гении подъездов и городских улиц.
мы задыхаемся без зрителей, играемся пафосом.
а втайне радуемся своей самодостато4ности, выдуманной независимости, про которую сутками поют все телевизионные каналы.
только 4ем дальше, всё меньше остаётся свободы.
и выбор можно делать только из трёх предложеных пунктиков.
это безвыходное положение автомобильных пробок. когда на покрытых инеем стеклах маршруток мы выводим пальцем имена друг друга и представляем себя немноже4ко с4астливыми.
так вот.
иногда все это становится бессмысленным. эти чертовы дневники, интернет-зависимость и собсетвенная пафосность. я знаю, она появöяется, когда пропадает таллант. так всегда бывает, когда хо4ешь заставить пустоту выговориться.
вед все можно сказать и без слов.
просто так делать подарки.
слушать Placebo и больше не бояться 4то ты сорвешся.
мне безумно хотелось написать 4то-то позитивное.
например как мы ели русский шоколад, деликатес кстати, под какой-то ужастик.
или про зеркала и накладные ногти приклеенные моментом.
но это бытовое.
всё это есть у меня и так.
take me

иногда. приходит озарение. инновация сверху.
когда внезапно становится нестерпимо смешным, как долго ты могла обманывать себя. закрывать глаза. закрывать двери.
и уходить, по привы4ке не прощаясь, даже не устраивая скандалов.
наигранная безропотность, а в результате остаётся лишь пепел на губах. из всего 4то могло бы быть. возможно, не с нами.
возможно, в другой жизни. 4то не исклю4ает саму возможность.
а небо будет полнится тишиной и отзываться отдалённым звоном в ушах, когда все остальные звуки умрут под действием таблеток.
и страшно просыпаться, потому 4то неминуемо наступит момент когда поймёшь насколько жалок этот мирок из окурков и фантиков, насколько ненастоящий ты.
и всё повторяется. слова на сложенных в4етверо листо4ках бумаги, запрятанных в разные места, а когда внезапно натыкаешся на них возникает резкое желание порвать их и выбросить в камин.
но я оставляю. я складываю их стопо4кой минуты когда я была на самом низу, я коллекционирую боль, сохраняю на память эту неопубликованную жизнь.
мне хотелось бы нау4иться рисовать розы, а не только 4ёрно-белые полоски на полях.
у меня уже целая полка красок и кисто4ек, но не осталось желания.
дрожи от возбуждения, когда хо4ешь попробовать на4ать всё заново.
иногда приходить мысль 4то мы просто не имеем права думать о том, 4то произойдёт 4ерез эти гипотети4еские 700800 4асов.
может только тогда удастся подобрать нужные слова. достигнуть наивысшей то4ки самовыражения. как иногда но4ами сидя на холодном полу в ванной обняв коленки пытаешься кри4ать, но ни4его не полу4ется.
но мы и так гении. мы непризнанные гении подъездов и городских улиц.
мы задыхаемся без зрителей, играемся пафосом.
а втайне радуемся своей самодостато4ности, выдуманной независимости, про которую сутками поют все телевизионные каналы.
только 4ем дальше, всё меньше остаётся свободы.
и выбор можно делать только из трёх предложеных пунктиков.
это безвыходное положение автомобильных пробок. когда на покрытых инеем стеклах маршруток мы выводим пальцем имена друг друга и представляем себя немноже4ко с4астливыми.
так вот.
иногда все это становится бессмысленным. эти чертовы дневники, интернет-зависимость и собсетвенная пафосность. я знаю, она появöяется, когда пропадает таллант. так всегда бывает, когда хо4ешь заставить пустоту выговориться.
вед все можно сказать и без слов.
просто так делать подарки.
слушать Placebo и больше не бояться 4то ты сорвешся.
мне безумно хотелось написать 4то-то позитивное.
например как мы ели русский шоколад, деликатес кстати, под какой-то ужастик.
или про зеркала и накладные ногти приклеенные моментом.
но это бытовое.
всё это есть у меня и так.
take me

среда, 31 января 2007
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
а по русскому радио Мельница.
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)

мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
по привычке ироничные улыбки, пузырьки в стакане и вот уже чувствую твоё дыхание.
сегодня снова так чертовки холодно.
это высшее искусство - оставлять в памяти. так иногда кажется.
недостижимо. недостижимо. бесконечно далеко, что не могу прошептать, шелковыми платочками и окурками со стёршейся помадой.
это всего лишь звуки в твоей голове.
это всего лишь запах твоих пальцев.
а послезавтра - лишь трепет крыльев умирающих бабочек.
я стала бояться пустоты.
этот город становится частью меня. холодными улицами и криками наизнанку.
этот город становится частью музыки из плеера. приглушенным фоном.
может ли быть так, что встречая человека начинаешь верить что вы уже заранее предугадали друг друга, где нибудь в прошлой жизни.
может ли так повторяться раз за разом. наподoбии дежа вю.
и только чуть позже, просыпаясь утром от телефонного звонка начинаешь осознавать всю эту пропасть.
ни одной ниточки.
совсем не придуманные иллюзии.
и если бы всё сначала я бы пошёл за тобой на край света
а остаётся пить за неудавшуюся игру. очередную, да?
какое там биополе. чистая биохимия.
потому что не решиться до конца.
потому что снова кажется что наутро всё как нибудь станет хорошо.

<?>
сегодня снова так чертовки холодно.
это высшее искусство - оставлять в памяти. так иногда кажется.
недостижимо. недостижимо. бесконечно далеко, что не могу прошептать, шелковыми платочками и окурками со стёршейся помадой.
это всего лишь звуки в твоей голове.
это всего лишь запах твоих пальцев.
а послезавтра - лишь трепет крыльев умирающих бабочек.
я стала бояться пустоты.
этот город становится частью меня. холодными улицами и криками наизнанку.
этот город становится частью музыки из плеера. приглушенным фоном.
может ли быть так, что встречая человека начинаешь верить что вы уже заранее предугадали друг друга, где нибудь в прошлой жизни.
может ли так повторяться раз за разом. наподoбии дежа вю.
и только чуть позже, просыпаясь утром от телефонного звонка начинаешь осознавать всю эту пропасть.
ни одной ниточки.
совсем не придуманные иллюзии.
и если бы всё сначала я бы пошёл за тобой на край света
а остаётся пить за неудавшуюся игру. очередную, да?
какое там биополе. чистая биохимия.
потому что не решиться до конца.
потому что снова кажется что наутро всё как нибудь станет хорошо.

<?>
понедельник, 22 января 2007
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
Люди - лишь сочетание нуклеотидов, памяти, желаний и протеинов. (c)
суббота, 20 января 2007
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
пусть всё будет на грани разрешимости.
а ветер будет путаться в волосах и наэлектризованными пальцами я возможно расскажу что будет дальше.
с днём рождения. всё только начинается.
пока не спущен курок и не заплачены долги мы можем продолжать предавать друг друга и с назойливой постоянностью сниться под утро, считая это банальным совпадением.
не хватает воображения чтобы перейти грань невоисприимчивости.
не хватает.
в период между 12 и 15 часами.
а ветер будет путаться в волосах и наэлектризованными пальцами я возможно расскажу что будет дальше.
с днём рождения. всё только начинается.
пока не спущен курок и не заплачены долги мы можем продолжать предавать друг друга и с назойливой постоянностью сниться под утро, считая это банальным совпадением.
не хватает воображения чтобы перейти грань невоисприимчивости.
не хватает.
в период между 12 и 15 часами.
пятница, 19 января 2007
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
заполним собой эфиры.
неприрывно.
неприрывно.
мы можем взлетать, но проще на метро, чем помнить о крыльях (c)
полушепотом, на выдохе. усталые глаза и ни минуты смеха.
я могу писать пока осталось ещё несколько глотков и с каждым всё больше пахнет ночью.
сегодня мускат.
сегодня здесь первый снег, на который уже давно перестали расчитывать.
полушепотом, на выдохе.
постмодерновые здания и тянучая музыка, словно мятная жевачка. курим медленно и на выдохе дикая зависимость от твоих слов. я притворяюсь что мы пластилиновые герои декадентского мультика и что уже совершенно безралично сколько осталось времени до утра.
кровь всё медленнее и следующая остановка наверняка наша.
в окнах многоэтажек отражается свет и заледеневшими пальцами с облезшим лаком я отсчитываю удары сердца.
сбиваюсь с ритма. затягиваюсь.
понемножку отпускаю. ты пахнешь конфетами и немножко доверчивостю. я пахну Кензо и дорогами. страхом опоздать на поезд и неосуществлённостью.
нерешительно. разве так сложно? и больше не притворяться что ты нуждаешься в 150 знаках на ночь.
последняя возможность это писать желания на бумажках в клеточку, и поджигая выбрасывать их из окон.
говорят так ближе к небу. если оно услышит.
но они гаснут и осыпаются желтыми искрами. звезды тоже выгорают. когда выключаются первые фонари.

я могу писать пока осталось ещё несколько глотков и с каждым всё больше пахнет ночью.
сегодня мускат.
сегодня здесь первый снег, на который уже давно перестали расчитывать.
полушепотом, на выдохе.
постмодерновые здания и тянучая музыка, словно мятная жевачка. курим медленно и на выдохе дикая зависимость от твоих слов. я притворяюсь что мы пластилиновые герои декадентского мультика и что уже совершенно безралично сколько осталось времени до утра.
кровь всё медленнее и следующая остановка наверняка наша.
в окнах многоэтажек отражается свет и заледеневшими пальцами с облезшим лаком я отсчитываю удары сердца.
сбиваюсь с ритма. затягиваюсь.
понемножку отпускаю. ты пахнешь конфетами и немножко доверчивостю. я пахну Кензо и дорогами. страхом опоздать на поезд и неосуществлённостью.
нерешительно. разве так сложно? и больше не притворяться что ты нуждаешься в 150 знаках на ночь.
последняя возможность это писать желания на бумажках в клеточку, и поджигая выбрасывать их из окон.
говорят так ближе к небу. если оно услышит.
но они гаснут и осыпаются желтыми искрами. звезды тоже выгорают. когда выключаются первые фонари.
